Титульная страница сайта Неониллы Самухиной

Литературный салон
Неониллы Самухиной

Поскольку в моей жизни мне повезло встречаться с разными замечательными людьми, которые неразрывно вошли в мою жизнь, я не могу не поделиться с Вами этим счастьем общения. Здесь я хочу рассказать о моих друзьях - литераторах и людях, просто пишущих для себя. Для начала познакомьтесь с именами, творчество которых особенно меня согревает.

СЕМЁН ФУРМАН

Сенечка ФурманЗамечательный актер и, как оказалось, не менее замечательный писатель. Своеобразное чувство юмора, присущее Семену, превращает любую беседу с ним в непрекращающийся хохот. Чтобы не быть голословной, предлагаю вам ознакомиться с частью его воспоминаний из будущей книги 'Дедушка у меня был рыжим'. То ли я человек смешливый, то ли объективно эти воспоминания черезчур 'уморительны' (в смысле - 'могут уморить') - но слезы от гомерического хохота (или от мольеровского 'бру-га-га') у меня текли по груди до самого подола, а с дыханием вообще были перебои... Так что астматикам серьезно рекомендую читать в один присест НЕ БОЛЕЕ пяти строк...
Собственные впечатления о нашем общении с Сеней я вкратце описала в своих воспоминаниях - мы не только по-человечески дружим, но и вместе служим обществу - я - президентом, а Сеня - попечителем ФОНДа ПРОДОЛЖЕНiЯ ЖiЗНi.

СЕРГЕЙ АРНО 
Обложка к книге С.Арно: ЖИВОДЕРНЯПетербургский писатель, с которым я познакомилась в 1997 году. Мне нравится все, что он пишет, а написал он уже не мало. Его произведения издавались в различных журналах и сборниках. Два романа были изданы отдельными книгами. С большим удовольствием я прочла его захватывающий роман с несколько  кровожадным названием 'Живодерня',  в котором наряду с драками, убийствами и мордобоем искрится добродушный юмор, бушуют страсти и любовь. Во время чтения я не раз себя ловила на том, что постоянно восклицала: 'Ух ты!' или 'Вот это да!', настолько автор поражал своей фантазией, закрученностью сюжета и стремительностью его развития. Читая такие книги, порой думаешь: 'Черт возьми! И как у них мозги так устроены, что такое придумывают!'
А еще мне нравится, что сам Сергей очень доброжелательный человек... Сейчас так мало авторов, способных с уважением относиться к творчеству коллег и не злопыхающих за их спиной.
Загляните к Сергею Арно, я думаю, вам понравятся его произведения, тексты которых я поместила здесь с любезного разрешения автора.

КИР БУЛЫЧЕВ 
Кир БулычевС Киром Булычевым, а вернее, с Игорем Всеволодовичем Можейко, я познакомилась в 1994 году, приехав к нему в Москву по делам театра 'Бурзачило', продюсером которого я тогда была. Представляясь, я предложила записать мое имя 'Неонилла' моей собственной рукой, пояснив, что иначе в нем делают не менее трех ошибок и пишут: 'Нианила'. Игорю Всеволодовичу, вероятно, понравилось не только имя, но и допускаемые стандартные ошибки... И вот, в 1999 году, в издательстве 'АСТ' вышел сборник его новых произведений, и в 'неоконченном' романе 'Лишний близнец' появилась героиня: Нианила Федоровна - супруга героя, от имени которого идет повествование. У меня это вызвало очень странное чувство. Поскольку я редко встречаю свое имя в литературе, то первые несколько страниц я даже вздрагивала, натыкаясь на него, и у меня все время было желание воскликнуть: 'Я этого не говорила и не делала!'
Представлять этого замечательного писателя не нужно - его  и так все знают в нашей стране. От себя добавлю лишь одно - это самый добрый человек, которого я встретила в своей жизни, добрый от природы, а не от воспитания. Его книгами я зачитывалась с детства, даже не мечтая, что когда-то смогу познакомиться с их автором в живую. Помню как состоялось мое первое знакомство с его 'Девочкой с Земли' - Алисой Селезневой, мы тогда жили в тундре - в поселке Северный под Куларом, где родители работали по контракту. Эта книжка была единственной отдушиной, позволяющей вырваться из 'белого безмолвия' в космические дали, и поучаствовать в приключениях. А через двадцать лет я приняла уже участие в переиздании одной из повестей Булычева об Алисе.

ЮЛИЯ ЗАРТАЙСКАЯ 
Моя подруга и сокурсница по философскому факультету, который мы закончили в 1990 году. Сейчас она вместе со своим супругом - Вадимом Зартайским - работает в журнале 'Питерbook' (Книжный Петербург). Когда мы грызли гранит науки, Юля, для смирения с нашей напряженной жизнью, создала параллельный мир - Мир Шугов. Мир этот родился из банальной, казалось бы, истории - обживания комнаты после ремонта нашими друзьями - Дорониными Надей (Хомой) и Андреем (Додо). Комната, в которую они въехали, вдруг таинственным образом наполнилась загадочной жизнью многочисленных и забавных существ... Мои дети выросли в этом мире, обожая его.

ЕЛЕНА ДЕМИДОВА 
О литературном творчестве Лены Демидовой нужно говорить особо. Дело в том, что проработав много лет редактором в известном  питерском издательстве "Лениздат", ей никогда не приходило в голову начать писать самой. В 1999 году в ее в жизни произошли очень горькие события. И хотя мы знали друг друга уже несколько лет, но так случилось, что плотно общаться мы с ней начали именно в этот период. Лена, пытаясь найти способ пережить посланные ей испытания, начала собирать у себя дома что-то типа клуба общения. Именно там я начала публично читать свои рассказы, которые все присутствующие вместе обсуждали, а Лена как профессиональный редактор высказала много ценных замечаний. С тех пор все свои вещи я приношу сначала читать ей, а уже потом потенциальным издателям..
Однажды, когда мы сидели с Леной за чашкой чая, она мне вдруг сделала сюжетное предложение для рассказа из ее жизни. И тогда я воскликнула:
- А почему бы тебе самой это все не описать? Во-первых, ты это сейчас хорошо чувствуешь, и тебе есть что сказать читателям, во-вторых, попробуй выплеснуть на бумагу свою боль и чувства, возможно, тебе это поможет, станет легче, освободишься от тяжкого груза.
Сама того не подозревая, я как бы столкнула последний камень, перегораживающий в душе Лены выход целой лавине сюжетов, образов, слов, видимо, давно готовящихся прорваться во вне. И Лена начала писать...  За полгода она написала почти двадцать рассказов, три из которых сразу же взяли в мартовский номер журнала "Натали" (2000 г.). Журналы "Работница" и "Крестьянка" тоже высоко оценили ее рассказы, обещая их опубликовать в этом году. Ее рассказы, действительно, очень милы и романтичны. Но на мой взгляд, вся нежность и доброта ее души сконцентрировалась в ее сказках о "Сером Ослике, Белое Ухо". Я всегда думала: каким в жизни должен быть человек, который пишет детские сказки или рассказы? И вот теперь я воочию поняла: это люди, пусть и взрослые по возрасту, но в душе остающиеся ранимыми и добрыми детьми.
Настоящую детскую литературу способны создавать только
добрые люди.
Здесь я поместила несколько историй из жизни Серого Ослика, Белое Ухо. В будущем я размещу рассказы Лены, а пока следите за выпусками журналов "Натали", "Крестьянка" и "Работница".

ИВАН БАУЭР 
 
 
Санкт-Петербург,
ФОНД ПРОДОЛЖЕНiЯ ЖiЗНi
2000
Воспоминания Ивана Ивановича Бауэра, бывшего советского немца, ныне живущего в Германии, относятся к той мемуарной литературе, которая, как говорится, написана кровью сердца. Помочь опубликовать эти воспоминания под символическим заголовком "Так где же наша Родина?" меня попросил мой друг - Владимир Гиль. Когда я стала работать над материалом, у меня не раз подступали слезы к глазам от жалости к этим людям, но особенно меня потрясло то, что все это не такая уж давность - Владимир старше меня всего лет на десять, но, оказывается, и его коснулась печать событий почти 70-летней давности - он тоже был причислен к членам семьи кулака, не смотря на то, что родился через много лет после неправедного расстрела этого "кулака" - своего деда - Якова Яковлевича Гиль, ему тоже пришлось жить вместе с мамой на спецпоселении, он также получал потом открепление в комендатуре и справку о реабилитации. Коснулись Владимира и негласные директивы о запрещении поступления немцев на некоторые факультеты высших учебных заведений, ему чудом удалось прописаться в Ленинграде, в котором до 1973 года немцев прописывать было просто запрещено и т.д. 
В канун Нового 2000 года книга воспоминаний Ивана Бауэра была выпущена в свет - он был очевидцем того, как в 30-х годах начиналось выселение советских немцев в Сибирь, как им приходилось тяжело выживать на диком берегу таежной реки Васюган, каким репрессиям они подвергались во времена сталинского режима.
Книжечка небольшая, я поместила здесь ее полный текст, но прочитав ее, вы поймете, какая страшная жизнь стояла за этими тремя десятками книжных страничек.

ВЛАДИМИР МОСКВИН 
Владимир Москвин. 1995. Фото Ю.Богданова.
Как хорошо, что я живу, 
Дышу морозом и дождем, 
Гляжу на солнце и траву, 
А мой скелет не поврежден. 
Тверда рука, броня крепка, 
И я пою вот эту песню. 
Как хорошо, что я живу, 
И все на свете - для меня: 
Звезда, упавшая в Неву, 
И свежесть утреннего дня. 
Как хорошо, что я живу 
И в лучший мир не перешел, 
Могу воскликнуть наяву: 
Как хорошо, что хорошо! 
1971 год
Эти строки написал Владимир Евгеньевич Москвин - поэт, бард, создавший свыше 1000 песен на стихи собственного сочинения и стихи поэтов XVIII, XIX, XX вв., исследователь-литературовед, величайший пропагандист русской словесности, жизнелюб и вообще интереснейший человек.
К нашей скорби 5 августа 1999 года Владимир Евгеньевич, измученный тяжелой болезнью, ушел из жизни.  Я говорю 'ушел из жизни', но не ушел от нас, потому что с нами навсегда останутся его стихи и песни, звучание его сильного, артистического голоса, сохраненного на пластинке и кассетах. Слышавшие его никогда не забудут его концерты, а также музыкальные лекции, на которых он открывал для нас, ныне живущих, стихи поэтов XVII, XVIII, XIX веков, придавая им совершенно современное звучание. Я помню, какой изумленной и восторженной была реакция старых артистов, проживающих в Доме ветеранов сцены имени М.Г.Савиной, где 6 февраля 1999 года Владимир Москвин дал свой концерт, на котором он исполнял песни на стихи Тредиаковского, Ломоносова, Державина, Сумарокова и других поэтов ушедших эпох. Изумленные артисты-профессионалы внимали голосу непрофессионального коллеги, которого петербургский поэт Илья Фоняков очень метко назвал 'человек-театр'.
В собственных стихах и песнях В.Москвина прорывается особый, свойственный именно ему, юмор, с которым он относился к миру, и даже некоторая доля предвидения, удивляющая нас сейчас, когда мы перечитываем его строчки.
Несмотря на то, что песни В.Москвина были изданы в двух сборниках: Владимир Евгеньевич Ушел, так и не дождавшись выхода в свет своей единственной прозаической и совершенно бесподобной книги 'Грейп Фрут, или История одного пирата...'.  Как говорил сам Владимир Евгеньевич: 'Это шутливая монография опытного пиратолога, ведущего 'доверительный, откровенный разговор о тех, кто выбрал морскую профессию, богатую событиями, о дружбе, долге, выручке, обо всем, что волнует'.
Я несколько лет живу мечтой издания этой книги, нами уже выполнены набор, корректура и редактура текста, прикинут макет. Однако, камнем преткновения стали не только финансовые проблемы, но и оформление - оказалось очень сложно найти художника, который смог бы подняться в оформлении до уровня гениальности замысла, структуры и содержания этой книги, т.е. до уровня гениальности самого автора в момент ее создания. Многие пытались иллюстрировать ее, и многим эта книга оказалась не по зубам. Но мы не теряем надежды... Художник  Виктор Кобзев предложил оформить книгу гравюрами, вы можете взглянуть на его заставки к двум главам, выполненные в технике офорта. Так что работа продолжается. Рано или поздно эта книга обязательно увидит свет и повеселит своих читателей.
В память о Владимире Евгеньевиче мы с близкими и друзьями поэта решили постепенно создать здесь страничку-музей В.Москвина с текстами его стихов, песен и, возможно, с записями его исполнения - есть несколько хорошо записанных кассет и несколько лет назад была выпущена пластинка на фирме 'Мелодия' с его восемнадцатым веком.
А пока вы можете посмотреть выдержки из его еще неопубликованной книги 'Грейп Фрут, или История одного пирата...'. Возможно, кто-то из вас захочет принять участие в ее издании.
Кроме того, в настоящее время, в питерском издательстве 'Бояныч', в малой серии книг авторской песни, готовится большой сборник песен В.Москвина, который, мы надеемся, выйдет в начале 2000 года, о чем я обязательно вам сообщу.

English version
ВЛАДИМИР ШАЛИ

Петербургский поэт-философ, чьи даже прозаические тексты очень поэтичны. Член Союза писателей Санкт-Петербурга. Автор, которому удалось ввести в поэтический строй русского стихосложения свою особую ритмическую строфу. Очень милый, общительный человек, с которым мы провели немало времени, беседуя за чашкой кофе или кружкой пива в кафе Дома актера на Невском. О том, какой это замечательный поэт пусть скажут профессионалы, а я вас приглашаю на его страничку, где вы сможете сами прочесть его произведения и убедиться в правдивости наших слов. 
Владимир Шали
Вот, что писал о Владимире Шали в 1990 году один из самых тонких ценителей русской поэзии, литературный критик Адольф Урбан, к сожалению уже ушедший от нас: Кроме открытия собственной поэтической формы Владимир Шали по своему подходит и к правописанию. Так, в его романе  'История разделенного сада', написанном в необычном жанре философской поэтической притчи, автор применяет только один знак препинания, объясняя это следующим образом: Владимир постоянно находится в творческом поиске. Я видела толстые общие тетради, которые он исписывал за неделю... В настоящее время Владимир готовит к выпуску новую книгу...

 АНДРЕЙ КОРФ 
Александра Захарова. ОСЕНЬ. (Бумага, тушь, 1997)человек, с которым я встретилась и познакомилась в Интернете.  
Все-таки 'электронная околица' - замечательное место,  где можно встретить потрясающе одаренных людей!  У Андрея  очень сильные стихи и песни, музыку и аранжировку к которым он пишет сам. Когда он поставит музыкальный раздел к себе на страничку - услышите, какой у него солнечный голос и удивительные песни.  
А пока - почитайте его стихи - они вам понравятся

Mr.Kiss

Александра Захарова. ОКО. (Бумага, тушь, 1998 )Автор, стоящий за столь интригующим псевдонимом, изумил меня замечательным русским языком, которым он описывает потаенную или скрываемую область человеческой жизни. Он называет свои короткие литературные зарисовки - Эротическими этюдами. Однако, то, о чем он пишет, к эротической литературе имеет отношение только обращенностью к этой стороне нашего бытия, но не это главное. На наш же взгляд мы присутствуем при рождении нового литературного стиля описания 'картинок с выставки Жизни' в целом. Характерной чертой этого стиля является мозаическое многообразие в описании - от чувственно-возвышенного до грубо-омерзительного - одного предмета - нашей жизни. Впервые соприкоснувшись с творчеством Mr.Kissа, я была поражена разноплановостью его Этюдов. Именно она позволяет говорить о создании автором особого мира, который можно было бы назвать 'киссиарием', по аналогии с бестиарием. Только, если в бестиарии мы сталкиваемся с панорамой животных (в том числе геральдических и мифологических), то в 'киссиарии' - с панорамой человеческих образов и ситуаций, характеров и отношений, авторской волей сомкнутых одной цепью. Это еще более подчеркивает многозначность выбранной автором литературной формы, как 'этюды', поскольку, с одной стороны, мы можем это рассматривать как 'зарисовки с натуры', с другой - как части мозаики, показывающей человеческую психологию. Конечно, для того, чтобы сложить эту литературную мозаику в целом - нужно прочесть всю книгу Mr. Kissа.
В октябре 1998 года в журнале 'Питерbook', при поддержке Вадима и Юлии Зартайских, вышли в свет три Этюда Mr.Kissа, иллюстрации к которым создал удивительный петербургский художник-эротист  Всеволод Салищев. Он же подготовил рисунки и предоставил репродукцию своей картины 'Дриада тропиков и Лесной Дух' для обложки книги Mr.Kissа 'Сто осколков одного чувства', в которую вошли первые 50 этюдов автора.  Все, кто захотят приобрести эту книгу - могут оставить заявку (форма заявки содержится на странице Mr. Kissа).
Не хочу опережать события и навязывать свое мнение, просто рекомендую Вам самим прикоснуться к Литературе Mr. Kissа.
 

Титульная страница сайта Неониллы Самухиной
 © Neonilla Samoukhina, 1999